Автобиографические истории о народном поэте

пушкин

ШЕВЧЕНКО ЖИЛ, ШЕВЧЕНКО ЖИВ, ШЕВЧЕНКО БУДЕТ ЖИТЬ! НО В АНЕКДОТАХ ОТ БУЗИНЫ… ОДИН ДЕНЬ ТАРАСА ГРИГОРЬЕВИЧА Больше всего на царской службе Тараса Григорьевича донимало то, что нельзя ходить в кожухе и шапке. Конечно, мучила еще и казахская жара. Но не так. Потому что он знал, что через сто лет это место, где он сейчас мучается, назовут фортом Шевченко. Впрочем, он все знал. Он был пророк. Пророк национальной идеи. От этого было немного скучновато. Противно ведь все знать о будущем. Например, то, что на обед будет горох, а фельдфебель Вишняк («жалкий…

Подробнее

Сто пельменей

усков

(Воспоминания Н. И. Усковой о Т. Г. Шевченко) Наталья Ираклиевна Ускова с вдохновенным Кобзарем провела лишь первые годы своего детства и самолично немного удержала в памяти о событиях того счастливого, по ее заявлению, времени, когда Тарас Григорьевич был для нее другом — няней; но постоянно повторяемые рассказы и воспоминания ее родителей, которые прожили с Шевченко в Новопетровском укреплении последние пять лет его ссылки до самого его освобождения, много пополнили сведения, касающиеся той жизни поэта. * * * Отец Натальи Ираклиевны Ираклий Александрович Усков до 1853 года служил в Оренбурге, состоя…

Подробнее

Как Тарас выпил две бутылки водки и как его «хоронили»

спектакль

(На Сырдарье у ротного командира) В начале декабря 1883 года, но пути из Ташкента в Оренбург, мне довелось пробыть около четырех суток в г. Казалинске и там, неожиданно, познакомиться с бывшим ротным командиром покойного Тараса Гр. Шевченко, Егором Тимофеевичем Косаревым. * * * Всех нас, гостей, собралось человек пять, — все, кроме меня, давние туркестанцы. Беседа наша, сразу же принявшая самый непринужденный, искренний характер и вращавшаяся сначала, как говорится, на «злобах дня» и на настоящем нашей среднеазиатской окраины, перешла затем к разговорам о ее былом. * * * — А…

Подробнее

Стукач-самовольщик против доносчика-законника

обручев

(Из воспоминаний Ф. М. Лазаревского о Шевченко) По конфирмации Государя Императора, состоявшейся в конце мая 1847 года, Т. Г. Шевченко, в сопровождении фельдъегеря Видлера, отправлен на почтовых в ссылку в Оренбург, отстоящий от Петербурга на 2110 верст, и через семь дней, в 11 часов ночи, доставлен на место назначения, делая по 300 верст в сутки. Там его зачислили в пятый Оренбургский линейный батальон во вторую роту, занимавшую гарнизон в Орском укреплении. К этому времени и относится первоначальное знакомство с Шевченко покойного Федора Матвеевича, который с 1846 года служил в Оренбургской…

Подробнее

Скандальные воспоминания о Т. Г. Шевченко его современников

портрет

«КОБЗАРЬ» ЗА СЧЕТ КРЕПОСТНИКА (Эпизоды из жизни Шевченко по воспоминаниям Петра Мартоса) Шевченко я знал коротко. Я познакомился с ним в конце 1839 года в Петербурге, у милого доброго земляка Е. П. Гребенки, который рекомендовал мне его как талантливого ученика К. П. Брюлова. Я просил Шевченко сделать мой портрет акварелью, и для этого мне надобно было ездить к нему. Квартира его была на Васильевском острове, состояла из передней, совершенно пустой и другой, небольшой, с полукруглым вверху окном, комнаты, где едва могли помещаться — кровать, что-то в роде стола, на котором…

Подробнее

Имперский гимн Котляревского

империя

Есть писатель, опровергший слезливый шевченковский миф еще до его рождения — Котляревский. В отличие от остальной украинской литературы, он принципиально мажорен. Не плачет у него Украина, не ревут волы, не помирает бедный Грыць, не волокут черт-те куда татары Роксолану. Всей этой сопливой каши у Котляревского нет и быть не может. Наоборот! Превратили в кучу дерьма Трою? Ну, и бес с ней! Посмолим чайки и в море искать новую. Дидона от любви сгорела в буквальном смысле? Дура-баба. Другая будет лучше. Много народу положили ради победы? Что ж, вечная слава героям. Для…

Подробнее

Спасибо праву крепостному!!!

крестьянин

150 лет назад Александр II освободил крестьян. Я знаю, что сейчас на меня опять все набросятся и начнут клеить на МОЮ благородную шкуру ярлыки «консерватора» и «мракобеса». Но, тем не менее, наберусь интеллектуальной смелости и, отринув гнусные либерастические измышления, встану навытяжку под царскими портретами от Алексея Михайловича до блаженной памяти Николая I, припечатанного врагами престола несправедливым прозвищем Палкин, и, сняв фуражку, благодарно склоню голову со словами: «Спасибо тебе, право крепостное!». Спасибо за город Санкт-Петербург красоты небывалой, на твоих костях отстроенный! Спасибо за «негра» Пушкина — лютого рабовладельца, жизнь на руках…

Подробнее

Дедушки и бабушки киевской прессы

киевский

Прародительницей всех киевских «акул пера» стала первая в городе газета, которая называлась «Киевские губернские ведомости». Возникла она в 1838 году, благодаря «проклятому реакционному самодержавию». А было оно и не проклятое. И не всегда реакционное. Наоборот — временами очень даже прогрессивное. К этому времени в столичном Санкт-Петербурге, откуда в Киев пришел царский указ открывать печатный орган, газеты выходили уже больше века — еще со времен Петра I. Существовала даже ежедневная частная «Северная пчела» («Пчелка», как ее в шутку называли), пользовавшаяся громадной.-популярностью по всей Российской империи. Влиятельности ее владельца — отставного кавалерийского…

Подробнее

Отеческие методы однорукого губернатора

Бибиков

Да простят мне ныне живущие владыки «матери городов русских», но ни один из них не сравнится с киевским генерал-губернатором середины XIX века Дмитрием Бибиковым. Чем, например, запомнится недавний городской голова Александр Омельченко? Разве что умением стоять на голове! Прочие же достижения мэра-акробата — весьма сомнительны. Майдан Незалежности на Козьем болоте когда-нибудь обязательно перестроят, а «баба с шашлыком» на очередном зигзаге истории обязательно слетит со своего постамента и отправится в ад архитектурных уродов — туда, где жарятся сейчас Ленин и революционные солдатики, торчавшие до нее на том же месте. Не больше…

Подробнее

Императорский Киев

Киев

Киев после разгрома ханом Батыем в 1240 году и до самого присоединения к России в середине XVII века даже сложно назвать городом в современном значении. В нем насчитывалось всего 10-12 тысяч жителей. Старый княжеский Киев от нынешней Львовской площади и до Михайловского златоверхого монастыря совсем запустел. Тут красовались только руины, единственными «киевлянами» в которых были бродячие собаки. Люди жили только на Подоле. А Киево-Печерская лавра вообще не считалась частью города. С Подола по разбитым лесным тропам туда ехали целый день! Новую жизнь в стольный град Ярослава Мудрого вдохнула только династия…

Подробнее