Фиаско Казановы в «Русском мире»

казановы
0.00 avg. rating (0% score) - 0 votes

Европейский авантюрист отправился на Восток после того, как примелькался на Западе. Великий соблазнитель, ставший символом мировой сексуальной революции, Казанова сформулировал свое кредо в мемуарах, написанных на исходе галантного XVIII века: «Предаваться чувственным наслаждениям составляло всегда главное занятие моей жизни. Рожденный для прекрасного пола, я любил его всегда и сам всячески старался возбуждать его любовь».

Фиаско Казановы в «Русском мире»

Джакомо Казанова. Несчастный ребенок в семье, где все любили его брата — «подкидыша» короля Англии.

Никто из наших «святош» не хочет рассказывать, что Казанова не только побывал в свое время на территории нашей страны, одним из первых попытавшись привить местному населению навыки европейской эротической культуры, и даже, ВОЗМОЖНО (!), оставил тут свое СЕКСАПИЛЬНОЕ потомство.

И ведь действительно хотел Казанова стать у нас принцем, хотел сделать своим мужским достоинством государственную карьеру, специально для этого приезжал в Петербург, Москву, Ригу и даже во Львов, добился аудиенции у самой Екатерины Второй, попытался ее соблазнить…

Фиаско Казановы в «Русском мире»1

Смольный монастырь. В Петербурге Казанова не прижился.

Но давайте обо всем по порядку. Объяснить, откуда берутся на свете такие самоуверенные нахалы, невозможно, не побывав в Венеции, где Казанова родился в том самом 1725 году, когда Петр Первый умер, открыв своей безвременной кончиной столетнее «бабье царство» в России.

Джованни Джакомо Казанова появился на свет в семье актера Гаэтано Джузеппе Джакомо Казановы. Отец будущей мировой знаменитости влюбился в дочку венецианского производителя обуви Джеронимо Фарузи. Он выкрал 17-летнюю Цанетту Фарузи из родительского дома и обвенчался с ней. Дедушка-обувщик так никогда и не увидел своего внука — с горя он отдал концы еще до его рождения.

Для Венеции, несмотря на вольность ее тогдашних нравов, это было страшным скандалом. Узенькие венецианские улочки соединены многочисленными символическими мостиками между домами. Они означают, что семьи, жившие на разных сторонах улиц, когда-то породнились. Попросту говоря, девушка из одного дома вышла замуж за молодого человека из дома напротив. Таких мостиков до сих пор полно по всей Венеции. Но у отца Казановы не было дома. Его домом был театр. Выйти замуж за актера было все равно, что породниться с дьяволом. Актеров тогда даже не хоронили на кладбищах. Считалось, что у них нет души.

Между тем, Венеция во времена Казановы пользовалась славой самого веселого города Европы. Все тут словно подталкивало людей в объятия друг друга. Ажурные окна. Уютные закоулки. Дома свиданий. Несколько десятков театров. Весь город можно пройти из конца в конец всего за час. Тут улицы, как коридоры в наших хрущевках. Можно прислониться плечом к стене одного дома и дотянуться рукой через улицу до стены дома напротив.

Ведь, несмотря на мировую славу, Венеция, на самом деле, крошечный городишко. Во времена расцвета — в XVI–XVIII веках — тут жило не больше 120 тысяч человек. Сейчас и того меньше — всего 60 тысяч. Все в Венеции знали друг друга в лицо. Как же изменять женам в этом плавучем хуторе на воде?

Фиаско Казановы в «Русском мире»2

Фридрих II предложил Казанове должность… любовника. Тот вежливо отказался. Он сам любил соблазнять.

Но венецианцы нашли выход, как удовлетворять свое либидо в этих стесненных условиях и одновременно скрывать его. Они изобрели МАСКУ. Точнее, множество масок. Маску Пьеро. Маску Арлекина. Маску Чумного Доктора (чума гостила в этом портовом городе часто, торопя людей наслаждаться). Эротичную женскую маску с разноцветными перьями. И мужскую с крупным, словно втягивающим запах удовольствий, носом. Венецианцы верили: какой длины нос, такой и член. Некоторые маски сделаны так, что в них можно целоваться, не снимая личины.

Кстати, у венецианцев можно поучиться тому, как хранить историческое наследие. Дом, в котором родился Казанова, сохранился до сих пор. Причем в первозданном виде. Как и все дома рядом. В этом квартале ничего не изменилось за 300 лет. Даже адрес тот же. И вообще в Венеции тоже ничего не изменилось. Во всем городе те же улицы и те же дома, что и во времена Казановы. Уцелел не только дом, где он жил в раннем детстве на воспитании бабушки, но даже адреса его любовниц.

Тут самое время сказать пару слов о маме Джакомо Казановы. О ее влиянии на формирование его личности обычно вообще не вспоминают. А между тем, оно огромно. Мама у Казановы как бы была. А по факту ее никогда рядом не было. В детстве у Казановы часто шла носом кровь. Создатели фильма «Молодой Казанова» были вынуждены придумать эпизод с доброй мамой, которая вытирает своему любимому сыну окровавленный нос.

А в реальности кровь малышу Казанове вытирала бабушка. Так утверждал сам Казанова в своих мемуарах. Потому что мама постоянно была на гастролях — в Лондоне, в Дрездене, даже в Петербурге. Она была звезда. Ее любили самые богатые и влиятельные мужчины тогдашней Европы.

В Лондоне двадцатилетняя матушка Казановы стала любовницей принца Уэльского — будущего короля Англии Георга III. Младший брат Казановы Франческо родился от этой связи. Он был любимчиком мамы. И, естественно, ему доставалось все самое лучшее. Выучившись живописи, брат Казановы стал придворным живописцем австрийского императора в Вене. Он писал на заказ батальные картины. Очень дорогие и пользовавшиеся большой популярностью.

Итак, Европа знала при жизни не Джакомо, а Франческо Казанову — успешного и знаменитого младшего брата великого соблазнителя. А сам Джакомо был никому не нужен. Его вообще отдали в семинарию, чтобы сделать священником — по сути, КАСТРИРОВАТЬ, так как католическим попам запрещено заводить семью и вступать в сексуальные связи. Представьте, какое несчастье родиться в семье звезды, иметь знаменитого младшего брата — к тому же еще и сына короля, и практически не знать в детстве материнской ласки! Тут волей-неволей взбунтуешься!

Все маршруты взрослого Казановы будут рабски повторять места гастролей его матери. Он тоже бросится в Париж, в Лондон, в Берлин и в Петербург. И везде будет соблазнять, соблазнять и соблазнять женщин. Казанова словно искал в этих местах свою вечно отсутствовавшую мать!

Фиаско Казановы в «Русском мире»3

Порхай, Амур! Один из ранних портретов венецианского соблазнителя.

«Сангвинический темперамент сделал меня весьма чувствительным к приманкам сладострастия, — вспоминал Казанова на склоне жизни, — я отличался всегда веселым нравом и был всегда расположен переходить от наслаждения к наслаждению, тем более, что в этой области я был чрезвычайно изобретателен». А такая удачливость у противоположного пола не могла не вызывать зависти у тех, кто жил расчетливо и тихо, а значит, в отличие от Джакомо, скучно.

В 1755 году Казанова был арестован венецианским правительством и заключен в тюрьму Пьомби. Эта тюрьма и доныне находится в самом центре Венеции. Она соединена с Дворцом Дожей крытым переходом через канал. Во дворце выносили приговор и тут же уводили заключенного в тюрьму, где держали иногда до самой смерти.

Мы постоянно преувеличиваем гуманизм Западной цивилизации. Официально Венеция была республикой.

Но правили ею всего несколько олигархических семей. Плюс — всемогущая секретная полиция. Судьи даже не сообщили Казанове, за что и как надолго его заключили! Сам Казанова считал, что попал в тюрьму за хранение запрещенной цензурой литературы. У него нашли книгу «Зогар» — «Сияние» в переводе с древнееврейского. Это толкование Пятикнижия, входящего в Библию. Католическая церковь относила книгу «Зогар», написанную одним из испанских раввинов в XIII веке, к числу крамольных.

Книгу, за которую Казанову заключили в тюрьму, сегодня можно спокойно купить в Венеции. Она считается одним из важнейших текстов кабалистики, адептами которой называют себя такие поп-звезды, как Бритни Спирс и Луиза Чикконе, прославившаяся под богохульным псевдонимом Мадонна.

Но в ночь с 31 октября на 1 ноября 1756 года Казанова бежал из тюрьмы Пьомби. За всю историю Казанова был единственным заключенным, которому удалось вырваться из стен этой тюрьмы.

Фиаско Казановы в «Русском мире»4

Арсенале в Венеции. Сегодня тут все так же, как в XVIII веке.

 

В городе все спали после праздника. Казанова нанял случайного лодочника и никем не узнанный (за год заключения у него отросла борода, как у Робинзона Крузо) переправился на материк. Началось его знаменитое турне по столицам Европы, которое привело его в конце концов в Россию и на Украину.

Через несколько месяцев Казанова объявился в Париже и занялся там организацией лотереи. Сняв кассу, он перебрался в Голландию и открыл фабрику. Но обанкротился и снова сел в тюрьму. На сей раз — за долги. Выйдя на свободу, Казанова подался в Швейцарию, где познакомился со всемирно известным философом Вольтером. Чтение книги «Зогар» не просветило Казанову. Он зарабатывал на жизнь, как умел — в основном мошенничеством.

Одной из самых блистательных афер Казановы стала попытка превращения маркизы д’Юрфе из женщины в… мужчину. Естественно, по ее просьбе. И за немалые деньги. Как писал Казанова в мемуарах: «Г-жа д’Юрфе была скупа. Тратила она никак не более тридцати тысяч ливров в год, а с остальными сбережениями играла на бирже. Она много раз говорила, что готова отдать все, чем владеет, дабы стать мужчиной, и знает, что зависит это от меня». Но время подобных операций еще не наступило. Мужчина из маркизы получился неубедительный. Казанова был вынужден бежать из Парижа, чтобы в очередной раз спасти свое мужское достоинство.

В таких хлопотах прошло почти десять лет. Казанове стукнуло сорок. Везде в Европе его хорошо знали. И везде при появлении его инициативной личности старались покрепче держать кошелек в кармане. Последней попыткой как-то устроиться в жизни на территории будущего Евросоюза и найти свое евросчастье был для Казановы визит в Берлин.

Казанова хотел поступить на службу к правившему в Берлине королю Пруссии Фридриху II. Друг Казановы Вольтер давно уже получал от этого просвещенного монарха пенсию. Фридрих устроил Казанове экзамен. Однако Казанова экзамен не сдал — ничего систематически делать он так и не научился, кроме как соблазнять женщин.

Но Фридриха интересовало совсем другое. Фридрих II был гомосексуалист и сам соблазнитель — только сильной половины человечества. Король посмотрел на Казанову и неожиданно заметил: «А вы — красивый мужчина»… Казанова не хотел подчиняться начальникам до такой степени. От милости Фридриха Великого он бросился наутек в Россию — к Екатерине Великой, не способной отдавать подобные приказы.

Обычно европейские авантюристы бросались на Восток после того, как окончательно уничтожили свою репутацию на Западе. При Петре I в Россию ехали специалисты. А при Екатерине II — пародия на них. Вместо военных, флотоводцев и инженеров, в Петербург потянулись парикмахеры и чародеи — наподобие графа Калиостро, который обещал вернуть молодость и превратить ртуть в золото. Конечно, были и исключения, вроде Дерибаса и Ришелье, оставивших след в создании Одессы. Но Казанова не принадлежал к их числу.

Фиаско Казановы в «Русском мире»5

Дворец Дожей. Рядом была тюрьма, откуда сбежал Казанова.

Не стоит преувеличивать глупость людей, управлявших Россией. Екатерина была ничуть не хуже осведомлена о подлинных талантах Казановы. Своих казанов вокруг нее и без итальянского Казановы хватало. Поэтому точно так же, как король Фридрих, наша императрица устроила заезжему иностранцу экзамен, чтобы выяснить, для какой службы, кроме постельной, его можно употребить.

Оказалось, единственная свежая идея, которую Казанова привез в страну «северных варваров» — замена календаря. Россия жила по юлианскому. Европа — по григорианскому, опережавшему в XVIII веке русский календарь на одиннадцать дней. Выслушав аргументы незваного гостя, Екатерина Великая резонно заметила, что не желает тревожить своих подданных без надобности. «На всех письмах за границу мы ставим две даты, — возразила она Казанове. — Одну по старому стилю, а другую — по новому, и все понимают, о чем речь». На этом аудиенция окончилась.

Выяснилось, что и по прямому своему роду деятельности — сексуальному — Казанова уже не очень употребим. Поизносился немного от частого употребления со случайными половыми партнершами. А у Екатерины был целый выводок братьев Орловых — один другого краше. Куда с ними было тягаться одинокому Казанове? Чуть ли не впервые в жизни любовь в России великому соблазнителю пришлось просто КУПИТЬ.

Как-то на окраине Петербурга Казанова увидел крестьянскую девушку необыкновенной красоты. Он погнался за прелестницей, но та заскочила в отцовскую избу. На переговоры с отцом красавицы отправился приятель Казановы, гвардейский офицер Зиновьев.

Фиаско Казановы в «Русском мире»6

Екатерине II Казанова пытался впарить календарь. Но та предпочла жить по-старому.

Вот как описывает эти переговоры в мемуарах сам Казанова: «Зиновьев спросил у отца, не хочет ли он отдать дочь в услужение.

Отец согласился, но потребовал сто рублей за ее девство.

— А коли я выложу сто рублей?

— Она будет вам служить и вы будете вольны спать с ней.

— А ежели она не захочет?

— Так не бывает. Вы — барин — велите ее высечь.

— А какое жалование ей положить?

— Ни гроша. Кормите, поите, отпускайте в баню по субботам и в церковь по воскресеньям.

— А когда я покину Петербург, волен ли я понудить ее ехать со мной?

— Нет, если только не получите особое дозволение, оставив залог. Пусть она ваша холопка, а все государева крепостная».

Казанова покинул Россию, так ничего и не достигнув. Календарь менять не стали. Девки давали только за деньги. Его путь лежал в Варшаву, а оттуда — в Галицию — в город, который в своих мемуарах он называет Леополисом. Леополис — это Львов. В буквальном переводе — «город Льва». Странно, но посетив Западную Украину, Казанова ни разу не назвал ее Украиной, а ее жителей — украинцами.

Впрочем, в XVIII веке никто в мире не называл Галичину Украиной, а галичан — украинцами. Их именовали «русинами», а Галичину — «воеводством Русским» Речи Посполитой, то есть, Польши. Украиной и украинцами все это станет только в XX веке.

Львовяне очень гордятся тем, что в их городе побывал Казанова. Туристам даже показывают гостиницу, где он якобы останавливался. На самом деле гостиница построена уже после смерти Казановы. А где он останавливался, точно не известно. Как пишет сам Казанова в мемуарах: «В Леополе, что они прозывают Лембергом, я остановился в трактире, откуда пришлось съехать, чтобы поселиться в доме кастелянши Каменецкой».

Зато Казанова сообщил, чем он занимался во Львове: «В Леополе я неделю забавлялся с прелестной девицею, что в скором времени так сумела приворожить графа Потоцкого… А в общем, женщины в тех краях некрасивы. Так повидал я Подолию, Покутье и Волынь, что через несколько лет стали именоваться Галицией и Лодомерией, ибо не могли перейти во владение Австрийского царствующего дома, не сменив названий. Ныне Царства Польского не стало».

Галичина отошла к Австрии в 1772 году после первого раздела Польши между Россией, Австрией и Пруссией. Казанова дописал, что Польши «не стало» прямо на полях своей книги. И не будет Польши до самого 1918 года, когда она снова воскреснет, прихватив назад Галичину.

Стремятся у нас многие в Европу. А даже не подозревают, насколько там не помнят о нашем существовании. Вот тому яркий пример. В русском издании мемуаров Казановы поездка во Львов переведена дословно. А в английском переводе — новейшем — 2006 года (!) все львовско-галицкие приключения Казановы опущены. Как будто их и не было. Только короткое примечание после купюры: «После отъезда из Варшавы Казанова был изнурен посещением экзотических городов на Востоке Европы». И все. ИЗНУРЕН! Изнурен Львовом и прочими «экзотическими городами». Вот это и есть европейский ответ на иллюзии наших казановофилов.

Бузина О.А.

0.00 avg. rating (0% score) - 0 votes

Related posts