Ждали своего часа

Власова
0.00 avg. rating (0% score) - 0 votes

Нет данных, показывающих масштабы военного сотруд­ничества с врагом. По разным оценкам, на стороне Гитлера воевало от 800 тысяч до 1200 тысяч человек, граждан СССР. В основном, они служили в Российской освободительной армии Власова (правильное название: Вооруженные силы Комитета освобождения народов России — В.С.) Здесь, с осени 1941 года по весну 1945 года, служили 1 генерал-лейтенант Красной Ар­мии, 6 генерал-майоров, 1 бригадный комиссар, 1 комбриг, 42 полковника, 1 капитан 1 ранга, 21 подполковник, 2 батальон­ных комиссара, 49 майоров и т. д. Изменниками оказались ге­нералы Рихтер, Малышкин, Жиленков и другие. Член Воен­ного совета 24-й армии бригадный комиссар Г. Н. Жиленков сдался добровольно в плен, потом станет правой рукой гене­рала Власова. Член Военного совета… Эта крупная политичес­кая должность в Красной Армии. Что толкнуло Жиленкова на предательство? Редкий случай, чтобы комиссары сдавались в плен. Сдался немцам и начальник штаба 19-й армии генерал- майор Малышкин, затем оказавшийся подручным Власова. Оказывается в 1938 году он был репрессирован, но в начале войны был освобожден и ему был доверен большой пост. Когда Берия доложил Сталину об измене этого генерала, он коротко бросил: «Разберитесь, кто ходатайствовал за Малышкина».

Начальником штаба власовцев стал бывший профессор Академии Генштаба, а затем заместитель начальника штаба Северо-Западного фронта генерал-майор Ф. Трухин. По обще­му признанию, — талантливый военный специалист. По собс­твенным словам Трухина, он перешел на сторону врага потому, что не смог простить Сталину «расказачивания» на Дону, в результате чего он потерял трех братьев (Мы помним, как уничтожал казаков член Военного совета 8-й армии Якир). Теперь-то ясно, что Трухин был в числе людей Тухачевского, но судьба благоволила предателю до сорок пятого…

Майор И. Канонов — командир полка Красной Армии в ав­густе 1941 года получил приказ остаться в арьергарде прикры­вать отступление своей дивизии. 22 августа с большей частью полка, со знаменем, торжественно перешел на сторону врага, заявив, что «желает бороться против ненавистного сталинско­го режима». Вскоре Канонов стал командиром немецкого каза­чьего полка, затем командиром дивизии, а потом и корпуса.

Один из известных власовцев, бывший полковник Красной Армии С. Буняченко станет командиром 1-й пехотной дивизии РОА. В октябре 1942 года он добровольно сдался румынской разведгруппе. А его 59-я бригада вся погибла. А не с помощью ли своего командира? Когда в концлагерь, куда был доставлен бывший командир стрелковой бригады Красной Армии Буня­ченко, прибыли власовские пропагандисты, он не задумываясь шагнул вперед — на встречу своему предательству. Еще один не разоблаченный заговорщик — полковник Красной Армии А. Нерянин. Чтобы не дать повод для разоблачения, он старался хоро­шо служить. Нерянин единственный из всего выпуска 1940 года окончил Академию Генерального штаба на «отлично». Маршал Б. Шапошников — как его называли «неисправимый идеалист» однажды назвал его «самым блестящим офицером Красной Ар­мии». А этот «блестящий офицер» дождался таки своего звез­дного часа — добровольно сдался немцам. У Власова Нерянин станет начальником оперативного отдела штаба РОА.

Любопытно, что все высшие и старшие офицеры добро­вольно перешедшие к врагу, затаившись после 1937 года, из кожи лезли, доказывая свою «преданность» Сталину и советской влас­ти. Они учились и служили только на „отлично», возглавляемые ими подразделения, части и соединения тоже были отличными.

Даже в начале войны генерал Власов показывал примеры «стой­кости» под Киевом и Москвой, где его армия держала оборону. Мог ли Власов перейти к врагу там же, под Киевом и Москвой? Видимо, не мог. И тогда, и позднее в Советской Армии существо­вала система чекистского надзора — СМЕРШи, а потом — особые отделы. Они глаз не спускали с тех, кто вызывал даже малейшее подозрение. На Волховском фронте Власову удалось высколь­знуть из под опеки чекистов. Весной 1942 года на этом фронте сложилась тяжелая обстановка. И если бы Власову удалось до­говориться с немцами не просто о переходе, а согласовать опера­цию по прорыву фронта, то Красной Армии пришлось бы туго. Генерал-полковник Чистяков вспоминал: «Я его (Власова) знал хорошо. У него давно было рыльце в пушку. Он «проходил еще по «шахтинскому делу» как военный… Его потом выпустили, он выдвинулся, стал командовать лучшей нашей дивизией, получил орден Красной Звезды… Под Киевом с ним произошла странная вещь: во время окружения он исчез на четыре дня». А исчез — то с девицей. В 1942 году он перейдет к гитлеровцам с той самой женщиной. Кто эта женщина? И была ли она немецким агентом? Судя по результатам — была. Сдавшись противнику, Власов за­явил в беседе с гитлеровскими генералами, что он всегда ненави­дел Сталина и мечтал о новой России. Очевидцы рассказывают, что известие о переходе Власова на сторону гитлеровцев Сталин воспринял спокойно. Возможно он привык к таким сообщениям: за эти тяжкие месяцы, сколько было окружения полков, дивизий и целых армий… Немало их вырывалось к своим, но и немало их погибало. Когда же он узнал об измене Власова… не исключено, что был раздосадован: «как же это я просмотрел эту вражину?» Наверное, вождь почесал затылок. Те, кто не верил Сталину в войну, изменили не ему, а Родине, своему народу. Забегая вперед, отметим: за войну было убито и умерло от ран 223 советских генерала, безвести пропало 50, сдалось в плен 88. Красная армия пленила 179 немецких генералов! Ну а сколько их погибло, види­мо, не меньше, чем генералов советских.

В.Ф. Седых

0.00 avg. rating (0% score) - 0 votes

Related posts